Валиев рамиз камраддинович онколог

Минус 10 кг за один день

ПЛН представляет вашему вниманию очередную публикацию в авторском блоге псковской журналистки Виктории Голубковой, известной по работе на посту главного редактора информационного портала «Центр деловой информации Псковской области». Врачи поставили Виктории страшный диагноз, и сейчас она мужественно борется с тяжелой болезнью. Как не опустить руки, не сдаться и не впасть в уныние в сложной жизненной ситуации? Ответу на этот вопрос и посвящен блог Виктории Голубковой.

Почему я рассказываю свою историю? В начале года мне такое и в страшном сне не могло присниться, хотя реальность была куда мрачнее большинства снов. Но в какой-то момент мне показалось важным говорить о своих переживаниях и о том, что происходит. Что я хочу сказать — что человек, у которого обнаружили рак, — он, во-первых, не смертник, а во-вторых, он не уникален. Очень многие переживают то же самое, находят своих врачей, выздоравливают — я столько классных историй услышала за все это время. Пожалуйста, не сдавайтесь. Любите и цените жизнь. Всем здоровья! А я продолжаю.

— А почему вы не хотите операцию?

Я отвечаю без запинки. Но, если бы это был фильм, то между вопросом и ответом пошла бы нарезка кадров из прошлого минут на несколько. Как мне в прошлом октябре назначили операцию обычной кисты на апрель следующего года. Как эта киста за три месяца конкретно разрослась у меня в животе. Как в январе мне сказали, что это рак. Как после этого обнаружили рак еще и в желудке. Как консилиум в Псковском онкологическом диспансере решил, что это два разных рака, и нужно оперировать большую опухоль, а потом разбираться с желудком, а лечащий врач со словами «Тут же метастаз!» посоветовала срочно ехать в Питер. Как в Питере тоже выяснили, что это метастаз, и сорвали меня из очереди в хирургическое отделение — такое операцией уже не лечится, только химией… Как я ездила на химии, а живот все рос и рос, и я попросила своего начальника, Максима Костикова, воплотить в жизнь его январский план сбора средств и лечения заграницей. Деньги собрали под эгидой благотворительного Фонда развития Псковской области Святой Равноапостольной Княгини Ольги, и моя благодарность губернатору Псковской области Михаилу Ведерникову и всем, кто участвовал в сборе, безгранична.

Июнь, июль и половина августа прошли на лечении в Праге. Тоже без слов про операцию. Живот все растет. И вот химиотерапевт онкологического института имени Блохина Наталья Сергеевна Бесова мнет мой живот, периодически придерживая рукой мои трясущиеся от волнения и страха ноги, и буднично задает такой простой, и такой желанный вопрос.

— Да не предлагали мне операцию! — без запинки отвечаю я.

— Я, конечно, не хирург. Но я уточню, — воодушевляет Наталья Сергеевна.

Мы с Наташкой (см. http://pln-pskov.ru/authors/vgolibkova/355265.html) выходим от нее с горящими глазами.

— Смотри-ка, Голубкова! — пихает она меня в бок. — Операция!

А я просто перевариваю и не могу представить, что когда-то у меня не будет ни этого огромного живота, ни рака.

Спустя пару часов звонок. В понедельник в 9 утра меня ждет заведующий отделением радиохирургии Рамиз Камраддинович Валиев. Я ничего не загадываю, не представляю себя худой и вообще не представляю, что будет дальше.

— Давайте, пройдите обследование, а потом посмотрим, — говорит в понедельник хирург. Мы с Наташкой еще не смотрим на него, как на бога, но уже впечатлены спокойствием и надежностью, которые ему не надо демонстрировать и обозначать как-то специально. Они есть, и все. Как и абсолютное отсутствие снобизма.

— Пройдите вот это все, думаю, двух дней должно хватить, — выдает он листок с направлениями.

И вот на третий день мы снова, после часового ожидания, в кабинете у Валиева.

— Была срочная операция, — извиняется он. — Ну, давайте посмотрим. А, вы тоже эту анкету заполняли…

Анкета, которую выдал мне терапевт, звездная. Видимо, американская. Надо поставить галочки на «да» или «нет». Как вам, например, вопрос «Играете ли вы в гольф»?

— Тут недавно бабушка 82-х лет то же самое заполняла, ее там тоже про гольф спрашивали, — усмехается врач.

— Смотрите, а тут рубец, — изучает он результат гастроскопии желудка.

— А это хорошо? — переглядываемся мы с Наташей.

— Конечно. Значит, химия, которую где вам делали? В Австрии? А, в Чехии… Химия работает, значит.

Ух ты! А мы-то не поняли, когда читали.

— Ну что же. Будем оперировать.

— Что-что? — Я не могу поверить.

— Будем оперировать, ориентировочно в следующий четверг.

Мои герои — доктор Валиев и его коллега Максат Байрамович Нурбердыев. У меня обычно с датами плохо, но 29 августа я запомню. В этот день я проснулась после наркоза в реанимации без огромного живота и большей части желудка, но счастливая-я. Состояние блаженства. Руками-ногами шевелить боюсь, но все-таки трогаю осторожно живот, а он плоский. Потом хирурги сказали, что опухоль весила 10 кг…

Сейчас много говорят про отечественную медицину. Онкология — сфера дорогостоящая, и соблазн жесткой оптимизации велик. Еще и санкции усложнили жизнь российского здравоохранения. И зарплаты не звездные. Доктора ищут подработки, переходят в платные клиники. Но, к счастью, такие подвижники, как Валиев и Нурбердыев, как псковские и питерские врачи, с которыми я общалась — они доступны, что называется, по полису ОМС, помогают, утешают, дарят надежду.

— Вы читали свою выписку? — спустя 10 дней изучает мои документы Наталья Сергеевна Бесова, химиотерапевт.

— Ну да, читала.

— Вы хоть понимаете, как вам повезло, и как нам повезло, что у нас работает Валиев? Что у нас есть такие хирурги? — поднимает она на меня глаза.

И я начинаю плакать. Я не понимаю, как такое могло случиться, как я оказалась в Москве. Вспоминаю, что в начале июня говорил мне старец, отец Никон в Псково-Печерском монастыре — как, как он мог все знать заранее??? Мысленно благодарю псевдо-онколога-фантазера.

Благодарю пражскую клинику, ведь химиотерапия сработала! И, конечно, я плачу потому, что мне и институту Блохина так крупно, волшебно повезло с доктором Валиевым…

Виктория Голубкова

Клинические исследования для метастатического трипла РМЖ

На базе НМИЦ онкологии им. Блохина («на Каширке» ) для участия в КИ набираются пациенты с метастатическим(!) тройным негативным(!) раком молочной железы на первую и последующие линии лечения.
Первая линия — это если пациентки были прооперированы, получили нео- или адьювантную химиотерапию и сейчас запрогрессировали. Они попадут в международное клиническое исследование с Атезолизумабом.
Этот иммунотерапевтический препарат показал свою эффективность при некоторых метастатических формах рака легкого и мочевого пузыря, а сейчас исследуется эффективность при РМЖ.
На вторую и третью линию пациенты нужны на исследования с Икземпрой (Иксабепилон).
Этот препарат может помочь пациентам с опухолями, устойчивыми к антрациклинам и таксанам.
КИ ведется под руководством Моны Александровны Фроловой (к.м.н., старший научный сотрудник отделения клинической онкологии).
По вопросам участия обращайтесь, пожалуйста, не к автору поста, а к Софии Меньшиковой по адресу Sophie . menshikova @ gmail . com
Автор поста только разместил объявление, а София непосредственно занимается подбором пациентов для этих КИ. Она врач-ординатор в Отделении клинической фармакологии и химиотерапии под руководством профессора Тюляндина С.А. на базе НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина. А также автор канала в Telegram и страницы в фейсбуке Oncology Fellow

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *