Как оформить больного в психоневрологический интернат?

В психоневрологический интернат принимаются граждане (женщины с 55 лет, мужчины с 60 лет) и инвалиды I и II групп старше 18 лет, имеющие соответствующие показания для оформления в психоневрологический интернат.

При наличии свободных мест в психоневрологическом интернате лица, страдающие психическими хроническими заболеваниями, могут приниматься на временное проживание сроком от 2 до 6 месяцев на общих основаниях.

Инвалиды Отечественной войны, участники Отечественной войны и члены семей погибших военнослужащих, а также умерших инвалидов и участников Отечественной войны принимаются в интернат в первоочередном порядке.

Закон РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании» от 02.07.1992 г., №3185-1 Статья 41. Основания и порядок помещения лиц в психоневрологические учреждения для социального обеспечения.

(1) Основаниями для помещения в психоневрологическое учреждение для социального обеспечения являются а)личное заявление лица, страдающего психическим расстройством, или лица, признанного в установленном законом порядке недееспособным, б)заключение врачебной комиссии (ВКК) с участием врача-психиатра, для несовершеннолетнего в возрасте до 18 лет или лица, признанного в установленном законом порядке недееспособным, если такое лицо по своему состоянию не способно подать личное заявление, и в)решение органа опеки и попечительства, принятое на основании заключения врачебной комиссии с участием врача-психиатра. Заключение ВКК должно содержать сведения о наличии у лица психического расстройства, лишающего его возможности находиться в неспециализированном учреждении для социального обеспечения, а в отношении дееспособного лица — также и об отсутствии оснований для постановки перед судом вопроса о признании его недееспособным.

(2) Орган опеки и попечительства обязан принимать меры для охраны имущественных интересов лиц, помещаемых в психоневрологические учреждения для социального обеспечения.

Данная статья 41. определяет, что основанием для помещения в психоневрологический интернат является:

— личное письменное заявление, страдающего психическим расстройством (в случае недееспособного пациента — заявление пишет опекун);

— заключение врачебной комиссии в составе не менее трёх врачей, с обязательным участием врача-психиатра о состоянии дееспособности, а также об отсутствии оснований для постановки перед судом вопроса о признании его недееспособным.

Если помещаемый в психоневрологический интернат- недееспособный, требуются следующие документы:

а) копия решения суда о признании помещаемого в дом-интернат недееспособным, заверенная в установленном порядке.

б) распоряжение органа опеки и попечительства о помещении в психоневрологический интернат, с указанием, каким образом будут решаться имущественные права недееспособного. Распоряжение оформляется в опекунском совете администрации района по месту жительства и регистрации больного.

Документы для оформления в психоневрологический интернат:

1. Заявление, написанное лично поступающим в психоневрологический интернат, заверенное работником в Управлении социальной защиты населения соответствующего района (УСЗН), а для лиц находящихся в больнице, лечащим врачом. Если лицо признано недееспособным, то заявление законного представителя (опекуна).

2. Акт обследования жилищно-бытовых и социальных условий поступающего в интернат, заверенный в УСЗН с указанием состава членов семьи, совместно проживающих. Акт обследования жилищно-бытовых условий одиноких пенсионеров составляется с обязательным выходом на дом и выяснением личного желания на помещение в дом-интернат.

3. Справка о наличии I и II группы инвалидности и индивидуальная программа реабилитации инвалида, выданные Государственным бюро медико-социальной экспертизы (МСЭ) .

4. Медицинская карта для оформления в дом-интернат, заверенная печатью лечебно-профилактического учреждения по месту жительства (больницы), в которой имеются заключения врачей-специалистов:

— терапевта,

-невролога,

-хирурга,

-гинеколога или уролога,

— фтизиатра (с указанием даты и номера флюорографии или исследования мокроты на ВК),

— онколога (запись в карте «на учете не состоит» не принимается, необходимо заключение о наличии или отсутствии заболевания),

— дерматовенеролога,

-стоматолога,

-психиатра;

Медицинские анализы:

а) данные флюорографии действительны в течение года;

б) анализ на ВИЧ-инфекцию и RW (РМП) – 6 месяцев;

в) анализы на маркеры гепатитов В и С – 6 месяцев;

г) мазок из зева на дифтерию и анализы на кишечную группу действительны в течении 10 дней;

д) на гельминтозы – в течении 10 дней;

е) результаты бак. анализа на кишечную группу и анализа на дифтерию сроком давности не более 7 дней.

5. Заключение ВКК психоневрологического учреждения (диспансера или больницы) с развернутым диагнозом и указанием рекомендуемого типа дома-интерната (обращаем Ваше внимание, что заключение должно быть полным с развернутым диагнозом прилагается на отдельном бланке, подписанное 3-мя членами комиссии и заверено печатью диспансера (больницы) и личными печатями врачей.

6. Выписка из амбулаторной карты пациента, имеющего психическое заболевание и состоящего на диспансерном учете у психиатра.(Выдается в запечатанном виде, заверяется лечащим врачом-психиатром и заведующим отделением психоневрологического учреждения).

7. Решение судебного органа о состоянии дееспособности.

8.Постановление органа опеки и попечительства (для лиц, признанных недееспособными).

9. Справка жилищно-эксплуатационного предприятия (выписка из домовой книги) о составе семьи с указанием даты рождения каждого члена семьи и родственных отношений.

10. Справка о размере пенсии, в том числе с учетом надбавок, выданная органом, осуществляющим пенсионное обеспечение.

11. Адресный листок убытия, выданный паспортно-визовой службой.

12. Ходатайство, выданное гражданину органом социальной защиты населения по месту жительства.

13. Индивидуальная программа предоставления социальных услуг и путевка в дом-интернат, выданная в Управлении социальной защиты населения по месту жительства. (Выдается заявителю или законному представителю после принятия соответствующего решения).

14. Копии паспорта, пенсионного удостоверения.

Поступающий в психоневрологический интернат дополнительно предоставляет оригиналы:

— паспорт;

— полис обязательного медицинского страхования;

— пенсионное страховое свидетельство;

— трудовая книжка;

— пенсионное удостоверение;

— удостоверения УОВ или ИОВ.

Как оформить в психоневрологический интернат родственника?

Основанием для рассмотрения вопроса о предоставлении социального обслуживания является поданное в письменной или электронной форме заявление гражданина или его законного представителя о предоставлении социального обслуживания либо обращение в его интересах иных граждан, обращение государственных органов, органов местного самоуправления, общественных объединений непосредственно в уполномоченный орган субъекта Российской Федерации либо переданные заявление или обращение в рамках межведомственного взаимодействия.

В психоневрологические интернаты города Москвы принимаются граждане, страдающие психическими расстройствами, частично или полностью утратившие способность к самообслуживанию и нуждающиеся по состоянию здоровья в постоянном постороннем уходе и наблюдении: женщины старше 55 лет, мужчины старше 60 лет, инвалиды I и II групп.

Для направления в интернат Вы должны обратиться в Отдел социальной защиты населения (ОСЗН) района по месту постоянной регистрации родственника, где Вы получите необходимую информацию, а также перечень документов для рассмотрения Комиссией ОСЗН района.

Представляются следующие документы:

— заявление гражданина (установленного образца о предоставлении стационарного социального обслуживания;

— медицинская карта, выданная лечебно-профилактическим учреждением, с заключением врачей-специалистов (заверенные личными подписями и печатями), результатами анализов, установленных для приема граждан в учреждения стационарного социального обслуживания, заверенная личной подписью главного врача (заместителя по медицинской части) и печатью учреждения;

— заключение клинико-экспертной комиссии психоневрологического диспансера или больницы с развернутым диагнозом и указанием рекомендуемого типа учреждения стационарного социального обслуживания;

— копия справки медико-социальной экспертизы об инвалидности;

— копия документа, удостоверяющего личность (паспорт);

— копия страхового полиса обязательного медицинского страхования;

— копия пенсионного удостоверения;

— единый жилищный документ (или выписка из домовой книги и копия финансового лицевого счета).

— справка о видах и размерах назначенных пенсий, выданная органом, осуществляющим пенсионное обеспечение.

Все документы формируются специалистами ОСЗН района в личное дело и направляются в Департамент труда и социальной защиты населения города Москвы для рассмотрения на заседании Комиссии. Окончательное решение о направлении в психоневрологический интернат принимает Комиссия Департамента. При принятии положительного решения выдается путевка (при наличии свободных мест в учреждениях) или осуществляется постановка на очередь.

Куда можно определить старого человека: государственные, частные и специализированные учреждения

Вопросы, рассмотренные в материале:

  • Куда можно определить старого человека, нуждающегося в уходе?
  • В чем разница между государственными, частными и специализированными учреждениями для старых людей?

Не у всех родственников есть достаточно времени и опыта, чтобы заботиться о пожилых родителях, бабушках и дедушках. В такой ситуации лучше выбрать специализированное учреждение для престарелых, где пожилой человек будет находиться под присмотром персонала и врачей. Это может быть государственный или частный интернат для престарелых или другое профильное заведение. Обо всех вариантах, куда можно определить старого человека, вы узнаете из этой статьи.

Лучшие цены на услуги по уходу за пожилыми в Москве и области!

10 дней бесплатно!

Дом престарелых в мкр Левобережный

Забронировать 10 дней

10 дней бесплатно!

Дом престарелых в квартале Терехово

Забронировать 10 дней

10 дней бесплатно!

Дом престарелых в Левобережном

Забронировать 10 дней

10 дней бесплатно!

Дом престарелых в Химках

Забронировать 10 дней

Куда можно определить старого человека: помощь от государства

Дома престарелых, находящиеся в государственной собственности, как правило, предлагают стандартные программы для всех постояльцев. Условия проживания здесь будут несколько ниже по уровню, чем в частном заведении.

Государственный пансионат для старых людей представляет собой социально-медицинское заведение, в которое можно определить на льготных условиях мужчин старше 60 лет и женщин старше от 55 лет, утративших способность обслуживать себя самостоятельно. Стоимость услуг в бюджетном интернате вполне доступна, кроме того, государство компенсирует часть расходов, поэтому проживать здесь может позволить себе практически каждый пенсионер.

Государственные дома для престарелых предоставляют постояльцам следующие услуги:

  • санитарно-медицинское обслуживание;
  • контроль своевременного приема лекарств;
  • специальные медицинские услуги;
  • проведение тематических вечеров, организация досуга;
  • осуществление реабилитационных мероприятий, процедур по восстановлению старых людей после инфаркта или инсульта.

У государственных интернатов для престарелых, в сравнении с частными учреждениями, есть ряд недостатков:

  • в бюджет заведения заложены минимальные расходы на содержание постояльцев, поэтому старики получают стандартный минимальный набор услуг;
  • из-за нехватки персонала сотрудники не успевают справляться с обязанностями в полном объеме;
  • для того чтобы определить старого родственника в интернат, необходимо собрать большой пакет документов, подтверждающий право на предоставление места в данном учреждении;
  • скудный ассортимент меню и частый дефицит лекарств;
  • большие очереди, связанные с переполненностью заведений. Поэтому, если вы планируете определить старого человека в государственный интернат, будьте готовы подождать месяц, а может и дольше.

Необходимо отметить, что такая ситуация характерна не для всех бюджетных домов для престарелых. Встречаются учреждения с хорошим ремонтом, современным оборудованием, где реализуются программы по реабилитации старых людей, которые перенесли инсульт или перелом шейки бедра, страдают болезнью Альцгеймера или деменцией.

Тем не менее, дефицит свободных мест в государственных интернатах присутствует, и потому определить туда старого человека бывает непросто. Получить направление могут или одинокие пожилые люди, или те, кто по причине возраста и наличия какого-либо заболевания полностью утратили навыки самообслуживания. Кроме того, чтобы определить пожилого родственника в интернат, нужно собрать большой пакет документов и пройти всестороннее медицинское обследование.

Конечно, существенным плюсом государственного дома для престарелых является низкая стоимость проживания. Для многих пенсионеров, которых определяют в подобное заведение, это становится решающим аргументом. Еще одной причиной, по которой старые люди хотят проживать в интернате, является потребность в общении со сверстниками, возможность избавиться от одиночества.

Особенности частных пансионатов для старых людей

Частные пансионаты, куда можно определить старого человека, похожи, скорее, на гостиницу или дом отдыха, где длительно или постоянно проживают пенсионеры. Как правило, располагаются подобные интернаты на обособленной благоустроенной территории в районе с хорошими экологическими характеристиками.

Стоимость проживания в коммерческих пансионатах варьируется. Это связано с тем, что в частном интернате могут быть предоставлены индивидуальные услуги для каждого постояльца, в отличие от государственных заведений, которые предлагают лишь регламентированный стандартный набор процедур. С этой точки зрения коммерческий пансионат обладает явным преимуществом, особенно если планируется определить в него старого родственника, нуждающегося в реабилитации. У частного учреждения гораздо больше возможностей для предоставления более широкого выбора физиотерапевтических и других специальных восстановительных процедур для лечения больного.

В силу того, что коммерческие пансионаты предлагают индивидуальный подход к каждому клиенту, они пользуются большим спросом. Это неудивительно, ведь здесь легко можно подобрать оптимальный вариант размещения в соответствии с потребностями старых людей.

Можно отметить следующие преимущества частных пансионатов:

  • 24-часовой медицинский контроль и бытовое обслуживание. Пациенты находятся под наблюдением десятков врачей различного профиля, санитаров, социальных работников. Оперативно и профессионально здесь будет оказан любой вид помощи и уходовых процедур, необходимый людям старше 80 лет.
  • Оснащенность современной дорогостоящей медицинской техникой: дыхательной аппаратурой, приспособлениями для инфузионной терапии, противопролежневыми матрасами, функциональными кроватями и т. п.
  • Квалифицированный персонал. Сотрудники пансионатов, предоставляющих услуги по проживанию и уходу за старыми людьми, обладают навыками общения с подобными пациентами, могут легко найти общий язык даже с постояльцами со сложным характером. Бывает, что родственники часами не могут уговорить больного принять лекарство, в то время как специалист из интерната сделает это за пару минут.

960 руб/сутки!

Дом престарелых в мкр Левобережный

1250 руб/сутки!

Дом престарелых в квартале Терехово

790 руб/сутки!

Дом престарелых в Химках

Далеко не все люди готовы психологически к тому, чтобы определить старых родителей на проживание в интернат. Многие родственники мучаются, сомневаются, испытывают угрызения совести. Но если семья не в состоянии обеспечить старика необходимым уровнем комфорта и предоставить ему должный уход, в том числе круглосуточное медицинское наблюдение и помощь в быту, то надо признать, что в интернате ему будет лучше.

Кроме перечисленных выше плюсов, пансионат для старых людей обладает и другими достоинствами, среди которых:

  • Организация культурного досуга. Интернат для престарелых — это не больница, постояльцы не чувствуют себя здесь одинокими. Они общаются со сверстниками, принимают участие в различных развлекательных мероприятиях и кружках по интересам.
  • Поддержание общения с близкими людьми. У представителей семьи есть возможность в любой день посетить пансионат, чтобы встретиться с родственником и лично оценить качество ухода.

В доме для престарелых и инвалидов оказывают квалифицированный уход больным преклонного возраста, в том числе проводят профилактические мероприятия, направленные на устранение последствий перенесенных болезней. Массажные процедуры, лечебная физкультура, борьба с запорами и недержанием, диетическое меню — это лишь небольшая часть того, что большинство семей просто не в состоянии организовать на профессиональном уровне в домашних условиях.

Старость не является болезнью, но с каждым прожитым годом старый человек все больше нуждается в помощи. Уход, предоставляемый квалифицированным персоналом пансионата, помогает постояльцам заведения справиться с проблемами здоровья.

Итак, у частного дома для престарелых есть следующие преимущества:

  • наблюдение высококвалифицированных медиков с огромным опытом работы;
  • проведение медицинских и оздоровительных процедур;
  • наличие облагороженной и обустроенной территории для прогулок (беседки, лавочки и места для отдыха с мангалом);
  • проживание в комфортных комнатах с современной мебелью, телевизором, компьютером, системой противопожарной безопасности;
  • развлечения: настольные игры, библиотека, спутниковое телевидение, кинотеатр, настольные игры;
  • доброжелательный и приветливый персонал, умеющий выслушать старых людей и понять их потребности, оказать искреннюю помощь;
  • сбалансированное питание, разрабатываемое индивидуально в соответствии с пожеланиями постояльца.

Также в частном пансионате уделяется внимание организации досуга старых людей, которые совместно отмечают дни рождения и праздники, радуются успехам и первым шагам после долгой болезни. Каждый из них вне зависимости от состояния здоровья и срока проживания чувствует, что он нужен, что его любят.

Еще одно весомое преимущество частного учреждения — чтобы определить сюда родственника, необходим минимальный пакет документов, в заведении нет дефицита свободных мест, а, следовательно, и очереди на заселение.

Куда еще можно определить старого больного человека

Часто старые люди страдают от одного, а то и нескольких недугов, которые приводят к необратимым последствиям — кто-то становится лежачим больным, кто-то лишается разума. Груз по уходу за немощным родственником взваливается на плечи родных. Для этих случаев существуют специализированные учреждения, куда можно определить старого человека.

1. Отделение милосердия.

Так называется особая категория государственных интернатов, куда можно определить лежачих больных с тяжелыми соматическими и неврологическими расстройствами, нуждающихся в круглосуточном бытовом и медицинском уходе. В отделении милосердия пребывают больные, утратившие способность самостоятельно питаться и осуществлять гигиенические процедуры. Для осуществления должного ухода за подобными больными в заведении работает большое количество санитарок и медсестер.

Если в такой интернат определить лежачего больного, то помимо ухода он также получит и необходимые медикаменты и лечебные процедуры. Минусы отделения милосердия — скромные обстановка комнат и оснащенность оборудованием, а также наличие очереди на заселение. Плюсы — круглосуточная медицинская и врачебная помощь, предоставление необходимых лекарственных препаратов.

Определить сюда старых больных людей так же трудно, как и в обычный государственный интернат. Нужно собрать большой пакет документов, пройти медицинский осмотр, получить направление и дождаться своей очереди.

В отделение милосердия также можно определить больного на платной основе. Как правило, у них в резерве есть некоторое количество мест для заселения. Этот вопрос нужно решать непосредственно с руководством заведения, куда планируется определить старого человека.

2. Психоневрологические интернаты.

В подобные заведения можно определить душевно больных пожилых людей. Многие психоневрологические расстройства, в том числе и деменция, являются спутниками старости, с их проявлениями родственники больного чаще всего справиться не в состоянии.

Принудительно определить пенсионера в государственный психоневрологический интернат можно в следующих случаях:

  • если больной недееспособен;
  • если проявляется психическая агрессия, которая угрожает жизни окружающих;
  • если пациент наносит ущерб собственному здоровью.

Необходимость заселения старого человека в такое заведение должна быть подтверждена медицинским обследованием.

Произведя оценку состояния пациента, комиссия врачей определит тип геронтологического учреждения, куда следует поместить больного, — дом престарелых общего типа или психоневрологический интернат. Для второго варианта требуется заключение от врача-психиатра с обозначением диагноза и засвидетельствованием недееспособности.

3. Хосписы для психических больных.

Читайте также: Как осуществлять уход за лежачим пожилым человеком

В подобные учреждения можно определить на лечение пациентов с тяжелой стадией онкологического заболевания с психоэмоциональными нарушениями.

Душевнобольным в хосписах оказывают бесплатную медицинскую и психиатрическую помощь, создают для них максимально комфортные условия. К сожалению, финансирование подобных государственных учреждений осуществляется в небольшом объеме, поэтому они не могут предоставить максимальный спектр услуг и разнообразное питание. Хосписам оказывают помощь благотворительные организации и спонсоры, однако и этих денежных поступлений не всегда хватает.

4. Частные пансионаты для психических больных.

Помимо государственного заведения, психически больного старого родственника можно определить и в аналогичное частное, предоставляющее услуги на более высоком уровне.

В частных пансионатах, куда можно определить старых людей с деменцией или болезнью Альцгеймера, созданы безопасные и комфортные условия для проживания. Там делается все, чтобы у пациентов появилась возможность нормально общаться, возник интерес к жизни. Персонал обладает навыками и опытом работы с людьми, страдающими расстройством когнитивных функций. Сотрудники осуществляют круглосуточный комплекс мероприятий, призванных приостановить прогрессирование болезни и по возможности уменьшить проявление неприятных симптомов.

Если старый родственник не страдает психоневрологическими расстройствами, но имеет какие-либо иные заболевания, к примеру, диабет, его можно определить в частный дом для престарелых, который специализируется на таких постояльцах и обладает полным арсеналом средств для оказания необходимой помощи.

Дома для престарелых в Подмосковье

Сеть пансионатов для пожилых людей предлагает дома для престарелых, которые являются одними из лучших в плане комфорта, уюта и расположены в красивейших местах Московской области.

Мы готовы предложить:

  • Комфортабельные пансионаты по уходу за пожилыми людьми в Москве и МО. Предложим все возможные варианты для размещения близкого Вам человека.
  • Большую базу квалифицированного персонала по уходу за пожилыми людьми.
  • Круглосуточный уход за престарелыми людьми профессиональными сиделками (весь персонал граждане РФ).
  • Если Вы в поиске работы, мы предлагаем вакансии сиделок.
  • 1-2-3-местное размещение в пансионатах для пожилых людей (для лежачих специализированные удобные кровати).
  • 5-разовое полноценное и диетическое питание.
  • Ежедневный досуг: игры, книги, просмотр кинофильмов, прогулки на свежем воздухе.
  • Индивидуальную работу психологов: арт-терапия, музыкальные занятия, лепка.
  • Еженедельный осмотр профильных врачей.
  • Комфортные и безопасные условия: благоустроенные загородные дома, прекрасная природа, чистейший воздух.

В любое время дня и ночи пожилым людям всегда придут на помощь, какая бы проблема их не волновала. В этом доме все родные и близкие. Здесь царит атмосфера любви и дружбы.

Консультацию относительно приема в пансионат Вы можете получить по телефону:

8 (495) 181-98-94 круглосуточно.

«Система ПНИ бесчеловечна, люди там бесправны и живут, как при крепостном праве», — об этом уже давно говорят эксперты. По данным министерства труда за 2019 год, всего в российских ПНИ живут более 156 тысяч человек, 70% из них лишены дееспособности.

В последнее время о проблеме ПНИ говорят все активнее. 24 июня на Совете по правам человека главы московского Центра паллиативной помощи Нюты Федермессер представила доклад, который имел огромный резонанс. На Совете Федермессер заявила, что система ПНИ — это современный ГУЛАГ и попросила ускорить принятие закона о распределенной опеке над пациентами ПНИ, который уже три года не может пройти второе чтение.

Об этом же попросил на последней «Прямой линии» с Владимиром Путиным актер и соучредитель благотворительного фонда «Я есть» Егор Бероев. Егор Бероев сказал: «Мы занимаемся людьми с ментальными особенностями, синдром Дауна, аутизмом, другими чудесными особенностями. Я хочу вам сказать относительно ПНИ, психоневрологических интернатов. Руководитель такого учреждения является одновременно и заказчиком, и поставщиком, и единственным гарантом оказываемых услуг. Это прямой конфликт интересов». Бероев заметил, что эта система «пронизана коррупцией»: «В Петрозаводске в 2017 году вы дали поручение реформировать эту систему, но чиновники на местах абсолютно саботируют ваши указания, и вся наша надежда сейчас в отношении принятия Закона о распределенной опеке. Вы прекрасно знаете об этом законе. И Правительство РФ, и Дума уже два года пытаются добиться принятия этого закона. Сейчас закон тормозится на уровне ГПУ Администрации президента. Нам непонятны мотивы этого ведомства в данной ситуации. И вся наша надежда связана с вами и с сегодняшним днем.

Я вас уверяю, закон о распределенной опеке нужен обществу. Потому что, сколько я работаю, восемь лет, и мои коллеги, я объехал по всей стране эти учреждения, я знаю, что они живут в тюрьмах.

Это люди, которые лишены абсолютно радостей жизни, которые есть у нас с вами. У них общее нижнее белье, общие зубные щетки, они не могут выходить на улицу. Нам нужно решать это. Это нужно обществу. Они нужны нам больше, чем мы им».

В материале «Филантропа» юристы и психологи рассказали, как люди становятся жертвами системы и попадают в ПНИ, оказываясь почти без шанса на возвращение к нормальной жизни.

Доклад Нюты Федермессер.

«Людей не лечат, а ссылают в интернаты»

Когда московские психиатрические больницы перепрофилировали в интернаты, им понадобилась заполняемость, рассказывает Мария Сиснева, организатор общественного движения «Волонтеры ПНИ» и одна из самых активных борцов с интернатной системой.

«На фоне объявленной реформы ПНИ увеличение количества интернатов вызывает недоумение, — говорит Сиснева. — Нужно социальное сопровождение пациентов, надомное обслуживание и так далее, не отправлять же их на улицу. Но система заботится не об этом». По словам Марии, к моменту начала так называемой реформы в московской психиатрии в столичных больницах скопились психически больные, утратившие социальные связи. Чаще всего это были брошенные родными бабушки и дедушки, которые уже там жили годами. Или люди, которые уже утратили прописку, имущество и так далее.

«С ними надо было что-то делать, да и не дело это — жить в больнице, — добавляет Сиснева. — Например, в 15-й больнице было огромное отделение, во 2-й больнице, и в других больницах были целые отделения социально заброшенных людей. Понятно, что их надо было переводить в интернаты, не было другого выхода.

Но у нас в стране нет реабилитационных центров – а значит, сейчас и молодых психически больных тоже отправляют в интернаты, никто не занимается их реабилитацией.

Еще одна часть больных, которых больницы хотят отправлять в интернаты — хронически больные, которые часто госпитализируются. Сейчас, похоже, в 14-й больнице сделали «отстойник» для лишаемых дееспособности больных, их там много».

По словам экспертов, врачи фактически «сливают» своих пациентов в интернаты. В итоге, по словам Сисневой, люди стали бояться третьей госпитализации, потому что если она происходит, например, в течение года, то человек — кандидат в ПНИ. «Врачи говорят, что это уже не медицинская, а социальная проблема, что такому больному нужна помощь. Ну а если человек был плохо пролечен? Или не хочет принимать лекарства? — говорит Мария Сиснева. Значит, это вина врачей, проблема медиков! Больному надо подобрать лекарства, сделать все, чтобы его вылечить. А не ссылать в интернаты».

«В интернатах плохо все»: Мария Беркович об альтернативе ПНИ

«Это уже безумие в промышленных масштабах»

«Ситуация с уже массовыми отправками людей в ПНИ — это одна из тех историй, когда под флагом благих намерений совершаются безумства, — добавляет юрист Юрий Ершов, ведущий дела пациентов психиатрических больниц, насильно лишаемых дееспособности. — А сейчас это уже безумие в промышленных масштабах. Причем люди в этом не нуждаются. Да, у них есть проблемы, но я же с ними общаюсь, и эти люди – в норме, они сами себя обслуживают, социализированы, живут самостоятельно и отдельно. Вообще, категория дееспособности призвана защитить человека от себя самого, если ему нужна помощь, например, чтобы он не растратил имущество, не поменял квартиру на велосипед, не совершил что-то с собой.

Это форма заботы и опеки, а она превращается в закабаление людей. ПНИ сейчас – нечто среднее между крепостным правом и рабством».

По словам Ершова, закон позволяет психиатрической больнице инициировать дело о признании человека недееспособным. «Это нонсенс, это же прежде всего дело семьи», — уверен юрист. Семья же при этом может пытаться бороться, но во многих случаях семьям не дают никакой информации, обманывают, дезинформируют. А потом оказывается, что решение уже вынесено и его трудно обжаловать. «Это простроенный бизнес-процесс, и явно наблюдается сотрудничество разных органов, — добавляет Ершов. — Суды, которые дают добро на признание людей недееспособными — прежде всего Нагатитский суд, психбольницы 1 и ее филиал- номер 14, прокуратура, которая не усматривает в этих ситуациях никакого криминала. На местах это еще и участковые, жилищные службы…».

Дом, в котором: как устроен первый в России дом — альтернатива ПНИ

Кому это выгодно?

Многие говорят, что подобные случаи – это попытки оправдать перепрофилирование больниц в интернаты.

«А я думаю, что есть более простое объяснение. Например, были неприватизированные квартиры, которые в результате отправки человека в интернат отошли городу. Или были приватизированные, а человек одинокий, и управляющим жильем теперь является опекун — интернат. Выгода», — говорит Мария Сиснева.

«По распоряжению вице-премьера Татьяны Голиковой, курирующей социальный блок в правительстве, должны проверить все интернаты для того, чтобы выявить там людей, которые не должны там находиться. А на деле происходит ровно наоборот. Выявляют не тех, кто способен жить самостоятельно, а наоборот, тех, кого можно признать недееспособными, — говорит журналист Роза Цветкова, член попечительского совета одного из московских ПНИ. – Выгода интернатов понятна. Допустим, в ПНИ живет 1000 человек. Из них 800 недееспособные. У каждого пенсия в Москве как минимум 15 тысяч рублей. 75 процентов отчисляется в счет проживания и оказания услуг в интернате. На руках остается 5 тысяч рублей. А он как недееспособный не может распоряжаться финансами, этим управляет опекун. А опекун в этом случае – ПНИ. То есть это 4 млн рублей в месяц – в руках ПНИ. По закону, отчетность, конечно, должна быть, но реально контролировать это нереально. «Это не дело общественности», — говорят интернаты. Отсюда тенденция делать всех недееспособными. Так же и с сиротами – когда они выходят из детдома, ему обязаны дать жилье, и на его счету обычно около 1 млн рублей. И таких ребят тоже часто делают недееспособными, причем часто заочно, они могут об этом даже не знать. А причины простые: «У него проблемы с ориентацией в социальной среде» и так далее. И имущество снова переходит в руки «заинтересованных лиц»».

Авдотья Смирнова: «Государство состоит из таких же людей, как вы да я»

Кто становится кандидатом для ПНИ

«В законе о психиатрической помощи сказано, что в социальное стационарное учреждение человек направляется при его согласии, если он может его выразить. Если он не в себе, то понятно, что согласие дает кто-то другой. А если человек может выразить свое согласие, его обязаны спрашивать! Но никто из этих людей сами добровольно вовсе не хотели оказаться в интернате. 442-й закон о социальном обслуживании граждан тоже исходит из принципа добровольности оказания социальных услуг. Это же не уголовное наказание. Получается, у нас социальные услуги оказываются насильно?» — недоумевает Мария Сиснева.

Мария Сиснева приводит в пример историю женщины, которая пару лет назад попала с психозом в Дом милосердия имени Матери Терезы. Сначала ее госпитализировали в больницу имени Гиляровского. «Мы пришли ее навещать, а нам говорят: «Ну это точно кандидат для отправки в интернат!» А мы ее показывали до госпитализации независимому психиатру, и она так не считала. Психиатр говорила, что этот человек просто был не до конца пролечен. Мы настаивали, сказали, что заберем ее на реабилитацию, чтобы социально ее поддержать. В итоге она была в больнице 3 месяца, потом мы ее забрали, она продолжила лечение уже дома, потом восстановилась на работе. Жизнь наладилась. А ведь ее маркировали как кандидата для ПНИ! Я уверена, что таких случаев много. Это люди, за которых не стали бороться».

Сиснева рассказывает еще один случай. У молодого человека трудная судьба. Мама умерла, папа живет в другом городе, не интересуется сыном. Он выпивал, и мальчик с ним жить не смог, уехал к бабушке. Бабушка заболела. Над несовершеннолетней сестрой установила опеку мама ее одноклассницы. А парень попал в трудную историю, ему был предложен вариант — уголовный срок или недобровольное амбулаторное лечение. Так он и попал в поле зрения психиатрической системы. Сейчас он в ПНИ. Бабушка уже умерла. «Это случай из тех, когда в деле находится козел отпущения, а полиция хватается за это. Сейчас юрист будет обжаловать нарушение срока подачи апелляционной жалобы: когда этого юношу лишили дееспособности, его закрыли без телефона и связи с внешним миром, и он не смог обжаловать решение суда. Я считаю, это жестокое отношение к сироте, у которого умерла мама, который оказался никому не нужен и которым воспользовались. И это не первая история в моей практике», — говорит Мария Сиснева.

Личный опыт: «Будет еще хуже» Алексей Комаров, координатор проекта адресной помощи БФ «Найди семью», стал пациентом психиатрической клиники в результате нервного срыва из-за многолетних вялотекущих внутрисемейных проблем: «Скорее всего, этого бы не случилось, не стой я на учёте у психиатра. Когда-то я лежал в одном из лучших заведений этого профиля, Научном центре психического здоровья, причем в санаторном отделении. Но в этот раз все было совсем иначе. Домашние вызвали скорую психиатрическую помощь. Я не хотел госпитализироваться, но мне сказали: «Парень, мы сейчас тебя тогда скрутим и подпись на согласии на госпитализацию получим потом, но тебе от этого будет хуже». Когда меня привезли, то сразу поместили «на вязку»: привязали к кровати, это профилактическая мера, несмотря на то, что я уже полностью успокоился и даже ощущал серьезный упадок сил, но так делают всегда и со всеми появляющимися под ночь впервые. Мне еще повезло, потому что никаких сильных и традиционных в нашей психиатрии препаратов типа аминазина, сульфазина, галоперидола мне не кололи — ни в первую ночь, ни вообще. Вероятнее всего, это было связано с тем, что я сразу всё понял, был тихим и послушным. Ведь эти сильные препараты применяю и в качестве наказательно-воспитательной работы с ершистыми и «сильно умными и самостоятельными» пациентами. Я понял, что надо быть хоть и тихим, но твердо стоять на своем, чем в итоге обеспечил себе в этих условиях лайт-версии тюрьмы и ПНИ достаточно комфортное существование — в рамках возможного. Прогулок пациентам острого отделения не полагалось, разве что снег покидать и еду перетащить изредка. Из посетителей раз в две недели строго под надзором санитаров, без возможности передачи — только родители, на 20-30 минут в специальном помещении. «Хроникам» оттуда одна дорога — в ПНИ. Признать тебя недееспособным могут довольно просто, но для этого надо либо иметь действительно серьезные психопроблемы, либо последовательно бунтовать против всей этой ситуации и системы. Тогда тебя заколют до состояния, когда ты действительно будешь недееспособен. Выбраться получилось только через полтора месяца, когда я понял, что такое норма в мыслях с точки зрения моего лечащего врача и начал говорить то, что ему хотелось услышать».

Юрий Ершов приводит в пример историю брата и двух сестер. Всем уже около или за 60 лет, одна из женщин уже попала в ПНИ, другим говорят: «Готовьтесь, вас тоже скоро примут».

«Детей у них нет. Появился интерес сначала от участкового, потом этой семьей заинтересовались медики. Возможно, вот так и ищут информацию об одиноких пожилых людях. Информация в том числе есть и в собесах. Складывается впечатление, что сотрудников подобных учреждений, может быть, даже премируют за каждый такой случай — такое порой рвение заметно, которое редко применительно к обычной работе у чиновников встретишь», — замечает юрист.

Еще одно дело, которым сейчас занимается Юрий Ершов, немного выбивается из общей картины – преследуют не пожилого человека, а молодую женщину. 21-летняя девушка В. добровольно обратилась к психиатрам. Но, пройдя лечение и попросив ее выписать, поскольку уже хорошо себя чувствует, получила отказ. «Ну уж нет, будем лечить тебя принудительно», — сказали ей. В. перевели в больницу номер 14, обратились в суд для лишения дееспособности. Сначала бабушку и дедушку В. ввели в заблуждение, предложив написать согласие о признании внучки недееспособной. Они написали. Но потом спохватились и написали другое – чтобы не лишать. «Их успокоили, якобы, все в порядке, и уже потом они узнали, что дело уже на экспертизе. Мы успели вмешаться. Заявитель по делу — психбольница номер 1 (больница номер 14 ее филиал), и она же проводит экспертизу.

Где беспристрастность? Это запрещено законом! Это уровень междусобойчика, они не рассчитывали, что появятся какие-то люди и будут совать нос в эти дела. Но мы появились», — рассказывает Юрий Ершов.

Удалось добиться повторной экспертизы, она пройдет в Институте имени Сербского. «Нам удалось доказать, что медицинская экспертиза сделана с грубейшими ошибками и безосновательно, с искажением фактов. Кроме того, продолжается негативное отношение к внучке, — рассказывает Александр Николаевич, дедушка пострадавшей. — Вообще, люди там бесправны. Есть факты воровства у больных – мобильных телефонов, одежды. Домашнюю одежду им не выдают. Не дают общаться с родными. Например, внучке дают всего две минуты на разговор со стационарного телефона – и обрывают беседу. Это нарушение прав человека. Кроме того, мы уже несколько раз просили руководство больницы подписать доверенность внучки на то, чтобы я, ее дедушка, представлял ее интересы в различных органах. В случае, когда человек находится в больнице, такую доверенность заверяет главврач. Но больница отказывает нам и в этом праве. Врачи также не говорят, чем лечат внучку – и лечат ли вообще. Это непробиваемая стена. Мы намерены после завершения судебного процесса обратиться в суд также с иском о возмещении причиненного морального вреда. Когда кончается борьба за человека, начинается предательство, — это основной тезис, который мною руководит. Я буду до конца бороться за права моей внучки».

Дом, в котором: как устроен первый в России дом — альтернатива ПНИ

«Это страшная механика, в которой человек бесправен»

Когда начинается процедура лишения дееспособности, то почему-то не уведомляют родственников, самого человека, его окружение, соседей, если он одинок. В суде все проходит за 5 минут, и человека сразу отправляют в интернат. «Больница просит признать пациента недееспособным — и суд удовлетворяет ходатайство, далее обращаются в органы соцзащиты и просят признать нуждающимся в социальном стационарном облуживании – и получают путевку в интернат. Это штамповка решений. Страшная механика, человек бесправен. Человек, закрытый в больнице, не может даже подать апелляцию. Выходов на юристов нет, денег нет, телефона нет — он в изоляции. А родственники обо всем часто узнают постфактум», — отмечает Мария Сиснева.

Юрий Ершов рассказывает, что часто в психбольницах к пациентам даже не пускают посетителей — а как юристам работать с клиентами?

Они отрезаны от внешнего мира. Не могут даже, например, подписать жалобу. «Однажды у нас был случай, когда пожилую женщину санитары, сбежавшись, держали за руки, чтобы она не подписала апелляционную жалобу. Мы в суде просили восстановить срок подачи апелляции. А юрист больницы сказала в суде: «Нет уважительных причин, почему она пропустила срок. Почему она не обратилась к нам?» Это удивительно: они ее сами лишили дееспособности, они ее враги, хотят сдать ее в ПНИ на всю оставшуюся жизнь, и они считают, что она к ним и должна обращаться за помощью! Сейчас суд восстановил срок подачи жалобы, жалобу мы подали».

Не так давно Зюзинский суд начал заново рассматривать свое же дело, выполняя постановление ЕСПЧ по делу Шакулиной и других против России. В этом деле в Страсбурге были объединены три московских дела и три питерских. Европейский суд по защите прав человека признал нарушения прав граждан в рамках лишения их дееспособности. Еще одно такое же дело сейчас в Коптевском суде. Причем этот суд сначала не хотел принимать во внимание позицию ЕСПЧ и вынес отказ, но Мосгорсуд этот отказ отменил, и Коптевскому суду ничего не оставалось, как тоже инициировать пересмотр дела. Но это, скорее, исключения из правил.

Как выйти из ПНИ на свободу?

Если человеку есть, куда идти, выйти можно через восстановление дееспособности. Также можно разорвать договор социальных услуг недееспособного через назначение другого опекуна – если родственники добьются опеки, а пока опекуном является учреждение. И обычно с органами опеки это непросто. По словам экспертов они часто говорят, что пациент нуждается в уходе, и не отпускают его. Многие родственники бьются над этим годами. Вообще, по всем этим причинам люди и боятся обращаться к психиатру. Боятся, что их поставят на учет, госпитализируют, что они попадут в поле зрения системы, и потом им будет не вырваться.

По закону раз в год больница или интернат обязаны рассматривать вопрос о целесообразности нахождения пациента в ПНИ и о его социально-правовом статусе, но эти дела рассматриваются формально.

«Потерять дееспособность можно за пять минут, а чтобы восстановить, надо пройти долгий сложный путь, — говорит Мария Сиснева. — И интернаты в этом не заинтересованы, ведь финансирование идет по количеству заполненных мест. Да и куда уйти ему, если само же учреждение назначено опекуном? Человек привязан к учреждению, как крепостной к барину. Система бездушна, ей все равно».

Надо избавить систему от коррупционности и заставить все стороны процесса соблюдать закон. «Психиатрические больницы и прокуроров надо лишить прав подавать в суд иски о лишении дееспособности. На это должны иметь право органы опеки или семья. Но не то учреждение, которое само же заинтересовано в таком «клиенте», — рассказывает Юрий Ершов. – Вообще, закон сам по себе достаточен, просто он не выполняется. Сейчас суды — дежурное мероприятие. У нас был рекорд 3 минуты 25 секунд – за такое время суд поместил человека недобровольно в психбольницу. Также должны быть государственные адвокаты. Они есть, но нередко формальные, не защищают по-настоящему.

Кроме того, человек зачастую вообще не понимает, что это суд. Пациента ловят буквально в коридоре, заводят в кабинет, где сидят какие-то люди в гражданском – а это судьи и прокуроры, только не в форме. «Ну что, полечимся дальше?». Пациент соглашается. А потом узнает, что это был суд!

При этом Конституционный суд РФ уже давал разъяснения, что судебные заседания должны проводиться в помещении суда и со всеми регалиями, чтобы не обманывать человека, остальное- только как исключения. Наконец нужна служба защиты прав пациентов, она предусмотрена еще законом 1992 года. Кто-то внешний, независимый. Сейчас в ПНИ и больницах люди изолированы. И что бы они ни сказали, можно возразить, что у них паранойя, психоз и так далее. Представитель такой службы должен обеспечить, чтобы человек без контроля со стороны больницы мог защищать свои права. Эта служба до сих пор не создана. Вообще, психиатрия — опасная вещь, ее легко использовать, чтобы нарушать права людей, угнетать».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *